Интерактивное образование Герб Новосибирска
Тема номера: «Сайт образовательного учреждения: новые требования и перспективы»
Выпуск №39 Февраль 2012 | Статей в выпуске: 116


РАЗВЕРНУТЫЙ ПРОТОКОЛ

совещания экспертов по проблеме формирования социальных лифтов
для талантливой молодежи в зале заседаний мэра
11 марта 2011 года, 15-00

Модератор: Терехов Игорь Евгеньевич – председатель комитета по труду мэрии.

Эксперты:

Андреева Надежда Александровна – директор МАУ «Городской центр проектного творчества»;

Аниканова Наталья Викторовна – директор ООО «Центр образовательных проектов «Сигма»;

Гольцер Светлана Владимировна – кандидат филологических наук, доцент ИРСО НГПУ, научный руководитель «Центр развивающего обучения «Умка»;

Гудовский Андрей Эдуардович – депутат совета депутатов города Новосибирска;

Ерешко Алексей Анатольевич, ИП «Швейное производство «Ерешко» (отец детей в ЦРО «Умка»);

Нек Артур Евгеньевич – генеральный директор НПО «Межвузовское пространство готовых решений»;

Осьмук Людмила Алексеевна – доктор социологических наук, профессор, заведующая кафедрой социальной антропологии НГТУ;

Селезнев Вадим Александрович – доктор физико-математических наук, профессор, заведующий кафедрой высшей математики НГТУ;

Скосырский Василий Андреевич – начальник экспертного управления мэрии Новосибирска;

Степанов Сергей Анатольевич – доцент кафедры управления образованием НГПУ, директор тьюторского центра «Свой путь»;

Сухова Татьяна Александровна – председатель Новосибирской общественной (родительской) организации «ЦРО «Умка», менеджер;

Тумаева Татьяна Мироновна – директор Новосибирского аэрокосмического лицея им. Ю.В. Кондратюка;

Чистяков Вадим Михайлович – заместитель начальника управления по организационному обеспечению деятельности мэра;

Шихваргер Григорий Авраамович – заместитель директора по УВР МБОУ ДОТ «Специализированная детско-юношеская школа олимпийского резерва «Виктория».

 

И.Е. Терехов, ведущий. Открывая заседание, выделил две актуальные проблемы на рынке труда в Новосибирске, связанные с поставленной задачей формирования социальных лифтов и закрепления талантливой молодежи на территории: во-первых, потери подготовленных в городе молодых специалистов из-за их оттока в промышленные центры европейской части России и за рубеж, и во-вторых, недостаточное количество инновационных кадров, то есть людей способных к творчеству, реформаторству, лидерству. Последняя проблема проиллюстрирована данными исследования, показавшего следующее распределение активности молодежи: лидеров и творцов – 8%, исполнителей – 72 %, деятелей смешанного типа, исполнителей, потенциально способных к творческим проявлениям – 20%. Опыт авторской школы «НооГен» и Городского центра проектного творчества показывает, что креативный потенциал молодежи может быть увеличен. Измеренные на входе и на выходе годичной программы Городского центра показатели креативности школьников продемонстрировали рост. Так, процент от общего числа детей использования эффективных коммуникативных стратегий вырос с 30 до 75, числа детей с высоким качеством рефлексии – с 29 до 60, интеллектуальной активности – с 45 до 58 процентов. Ребята научились работать в команде, принимать решения, мыслить нестандартно. Аналогичные результаты получены и в студенческой программе. Если на входе лишь 20 процентов собирались связать свою жизнь с Новосибирском, то на выходе – уже 62. При этом ни материальные, ни бытовые, ни жилищные условия не изменились, поменялось отношение к миру, понимание своего места в этом городе. Таким образом, помимо материальных и экономических стимулов для выбора места работы существуют и любовь к профессии, и понимание своего места в обществе, которые необходимо актуализировать. Это необходимо делать во всей цепи: от детского сада, школы, ссуза или вуза до производственной системы или научной организация. Поскольку у нас в городе есть положительный опыт снятия с помощью наставничества разрывов между этапами этой цепи, встает задача осмыслить данный опыт, оценить конкретные результаты работы и на этой базе разработать целевую программу, нацеленную на участие творческой молодежи в реализации стратегий развития города, в частности на стратегический план устойчивого развития города до 2020 года. Условно эту программу мы обозначаем как «Программу формирования социальных лифтов для талантливой молодежи». Первое обсуждение подходов к этой программе прошли на расширенном заседании Новосибирского отделения Международной академии исследований будущего 8 февраля. У большинства участников есть развернутый протокол этого заседания. В течение месяца уже несколько раз собиралась рабочая группа, занимающаяся поиском подходов к построению такой программы. Сегодня мы собрали экспертов, чтобы в рамках регламента обсудить наши возможности, подойти к каким-либо наметкам наших дальнейших действий.

С.А. Степанов: Если оттолкнуться от динамики миграции молодых людей в Новосибирске, где на графике четко видно, что приезжает к нам молодежь в возрасте школьного выпуска и эмигрирует в постстуденческом возрасте, то тенденция результативности профессионального образования очевидна: город вложился, насытил молодого человека знаниями и умениями, а капитализацией специалиста занимаются другие. По своему опыту, в том числе физматшколы, знаю, что наших ребят капитализируют Майкрософт Била Гейтса и прочие компании с мировыми брендами, но не родной город. В связи с этим встает важный вопрос о жизненной ориентации молодежи. В исследовании, выполненном студенткой пятого курса НГУЭУ, о котором я рассказывал на заседании академии прогнозирования, показано, что только одна группа из пяти в предложенной типологии имеет активную жизненную позицию. Остальные четыре ориентированы на образцы прошлой жизни, отрицательно относятся ко всем новшествам или прячутся от действительности, уходя в религию или наркотики. Важный вывод этого исследования таков: активный молодой человек может видеть свое будущее здесь в городе, формулировать его, работать над этим будущим лишь тогда, когда находится в конкретном историческом сюжете. Этот вывод особо важен. Об этом прямо говорилось и 8 февраля на заседании академии исследования будущего, где прозвучал тезис: «Нужны молодёжные команды с амбициозными проектами в отношении к нашему городу». Именно эти команды и будут приземляться на своей родине для реализации своего будущего.

Те, кто задают новые исторические ориентиры активной молодежи, те и формируют ее будущее через капитализацию этого поколения человеческого капитала. Фактически многие уехавшие из города молодые люди были ориентированы на заработки. За пределами города они ищут «кто больше заплатит». Эта категория эмигрантов вряд ли интересна для Новосибирска, у них нет привязанности к городу. Определенный интерес вызывают молодые люди, перешедшие в эшелон топ-менеджеров транснациональных компаний. Они чувствуют себя гражданами мира, как правило, успешны, правда, до тех пор, пока не сменится собственник. Отъезд такой молодежи представляет собой вымывание нашего человеческого капитала. Есть и немногочисленная группа уехавших, которая создает свой бизнес. Они самоорганизованы. Эта группа обычно благодарна тому, что она родилась здесь. Я встречался со многими людьми из этой категории, они самоорганизованы, имеют фирмы, обязательно участвуют в программах развития. Но для нашего проекта они недоступны. Если говорить о лифтах для молодежи, то бизнес-истории именно этой группу нужно изучать и искать возможности повторения их пути у нас на территории.

Ключевым качеством, определяющим успех в развитии, является способность к самоорганизации. В мировом практике до недавнего времени господствовала следующая схема организации дела: задумал – спроектировал – учредил – нанимай исполнителей. Эта схема хорошо работает, когда репродукция деятельности осуществляется стабильно. В сегодняшних условиях интенсификации, когда буквально через два-три года нужно менять технологии, а под новую технологию менять оргструктуру и систему управления, требуется переход к более эффективной организации. Ею как раз и является самоорганизация, в которой для достижения цели непрерывно происходит структурная адаптация всех элементов, ее востребованность в общественной жизни проявляется более чем отчетливо. Везде требуются кадры, способные сами сформулировать себе задачи, сами изучить, сами найти решение. Хорошо работающий при эволюционном типе развития общества социальный лифт уже стоит. Фактически в настоящее время идет переход к тому, что человек сам себя должен образовать и сформировать.

В современной России становление человека связано со структурами детского сада, средней общеобразовательной школы, профессионального образования и сферой труда. При этом общеизвестны проблемы межинституциональных переходов. Чтобы из детского сада ребенок эффективно учился в школе, нужна предшкольная подготовка. Чтобы со школьной скамьи молодой человек мог успешно обучаться в вузе, требуется предвузовская подготовка. Родители не справляются, если в студенческом возрасте не проявляется самоорганизация студента. Чтобы из вуза попасть в быстрый производственный лифт, необходимо получить опыт. И государство, и муниципалитет, и родители вкладывают огромные средства, чтобы этот жизненный цикл молодежи шел без сбоев. Поэтому у нас есть садики Монтессори, Вальдорфа и т.д., которые работают с управленческими компетенциями ребенка в самообразовании, самоориентации, выборе собственного интереса. В школьном звене в нашем городе тоже есть ряд школ («Умка», «Наш путь» и т.д.), которые работают над этими компетенциями в командной работе, постановке цели, выборе средств, выполнении действий, рефлексии. Пробелы основной школы компенсируются в учреждениях дополнительного образования (в Новосибирске это НооГен, Городской центр проектного творчества, Сигма и др.).

Следует подчеркнуть, что основным ресурсом для школ развивающего обучения и мыследеятельностной педагогики на сегодняшний день являются родители, так или иначе самоорганизующиеся в определенные коллективные формы. Анализ ведущих школ, работающих над новыми компетенциями, показывает, что везде есть сильный попечительский совет. Именно родители и только они отслеживают ориентир на настоящее и будущее. Не на ЕГЭ, а на то, что будет работать в перспективе, как в в вузах будет осуществляться самоорганизация студентов.

Таким образом, для проектирования программы формирования социальных лифтов у нас есть уже хороший научно-методологический и технологический задел для начальных этапов жизненного цикла человека. Имеется в виду развивающее обучения в детском саду, школе «Умка», других подобных образовательных учреждениях, например, «школе самоопределения Александра Тубельского», «школе комплексного формирования личности Михаила Щетинина» и т.д. А вот как организовать встречу профессионального образования и производства, эта актуальная задача пока не имеет прозрачного решения. Тем не менее, в Новосибирске есть люди, имеющие опыт ее решения. Этот опыт требуется изучить, обобщить и использовать при разработке целевой программы формирования социальных лифтов.

А.Е. Нек: Я представляю кампанию «Фонд свободного программного обеспечения Российской федерации». Вышел из бизнеса и занимаюсь бизнесом, работая с компаниями, как Новосибирска, так и России. В 2007 году на 12-той научно-методической конференции «Новые информационные технологии в университетском образовании» в Академгородке при рассмотрении взаимодействия образования, науки, производства и общества серьезную дискуссию вызвала следующая проблемная ситуация: «Система образования у нас существует, но производство недовольно системой образования, а образование не понимает, какие кадры надо готовить и почему действующие механизмы до сих пор не работают?». После конференции сформировалась рабочая группа, выработавшая решение по созданию НПО «Межвузовское пространство готовых решений».

Что мы делаем? Очень простые вещи: берем реальные производственные заказы от компаний города и страны (главным образом, по двум направлениям – микроэлектронике и IT-технологиям), и привлекаем к их выполнению студентов с 2-го по 5-й курс разных вузов. Как показывает практика, лучше всего брать студентов, начиная со второго курса. НПО «Межвузовское пространство готовых решений» официально отвечает за выполнение полученного заказа в установленные сроки и в рамках сметы. Поэтому нами оценивается, насколько реальный и конкретный проект можно доверять студентам и выстраивается эффективный механизм реализации каждого проекта. Привлечение студентов осуществляется путем личных договоренностей с заведующими кафедрами, деканами и непосредственно преподавателями, которые читают те или иные курсы. Юридически как-то закрепить нашу площадку в государственных вузах невозможно в принципе, так как предложенная система является для вузов неким андеграундом. Тем не менее, анализируя учебные программы и планы, мы выявляем разделы дисциплин, лабораторные работы, производственные практики, которые закрываются работой студентов у нас, и при каждой договоренности гарантируем, что студенты, участвуя в нашем проекте, выполнят и учебные задачи, не занимаясь какими-либо сторонними делами. Вузу предоставляется отчет по выполненным работам с экспертной оценкой практически освоенного материала.

За последние три года на нашей площадке было реализовано шесть проектов на общую сумму около 60 тыс. рублей. Участвуя в коммерческих проектах, студент, засчитывает практику в вузе и получает деньги за выполненную работу. Причем его пребывание на нашей площадке обычно продолжается. Кроме коммерческих проектов, есть и такие, которые мы берем для создания образовательного и инвестиционного задела. Работая по их реализации, студенты обучаются, набираются опыта, получают компетенции.

Помимо названных двух основных направлений (IT и микроэлектроника) недавно в качестве небольшого эксперимента был выполнен проект, относящийся еще и к социологии. Две группы студентов с кафедры социальной работы и социальной антропологии Гуманитарного факультета НГТУ участвовали в проекте «Обучение компьютерной грамотности детей-инвалидов города Новосибирска».

Сегодня у нас на площадке есть студенты, работающие более 2-х лет. Например, студентка Таня пришла к нам со второго курса факультета «Автоматика и вычислительная техника» НГТУ и включилась в действующий производственный проект по разработке системы автоматизации документооборота. За год получила опыт работы в проекте и уж через полгода реализовала свою коммерческую систему, получив первые деньги. Сейчас она является куратором новых ребят, которые приходят на площадку, открыла свой бизнес, молодежное отделение управления проектами, и продолжает активно взаимодействовать с заказчиками на территории Новосибирской области. Площадка недаром называется «межвузовское пространство готовых решений». Наши решения не требуют доводки после реализации.

Если ранее через площадку прошли 60 студентов, то в текущем году набралось около 200 человек. Уже сформировано 15 образовательных курсов. Пять из них запущены. Набранный по проектам бюджет НПО составляет три миллиона рублей. Они будут осваиваться в 2011 году. Но это не предел, это та сумма, на которую нам в данный момент удалось заключить договоры. Мы открыты для взаимодействия.

Ответы А.Е. Нека на вопросы:

С.А. Степанов: Кто вводит Вас в конкретику производственных задач?

А.Е. Нек: Когда производственное предприятие предлагает нам заказ, назначается ответственное лицо, которое вводит нас в курс по текущему состоянию производства. Это одна сторона. И второе: действует система наставничества. Представители производства курируют ребят, оказывая содействие в решении сложных вопросов.

Т.М. Тумаева: Каким образом отбираются студенты?

А.Е. Нек: Мы проводим открытые встречи, куда приглашаем всех студентов. У нас правило: «Ненужных людей не бывает, мы от людей не отказываемся». Мы их приглашаем на площадку, где студент видит образовательные и производственные проекты, которые мы ведем. Студент, желающий принять участие в производственном проекте, подает заявку об этом. Чтобы выяснить, насколько он готов для такого участия, ему выдается тестовое задание. Если оказывается, что компетенции не хватает, ему рекомендуется набор курсов, освоив которые, он может участвовать в проекте. Поскольку, как уже говорилось, наше взаимодействие с вузами не институализировано, я или руководитель направления договариваемся в представителями вуза о прохождении практики данным студентом. Так как мы юридическое лицо, то брать на практику можем. Когда практика пройдена, студент пишет отчет. Мы его подтверждаем, и данная практика учитывается вузом. Татьяна, например, писала работу по производственному проекту, сейчас защищает магистерскую работу. Таким образом, и аттестационные работы защищаются на реальных проектах.

В.А. Скосырский: Опишите, хотя бы грубо, спектр решаемых проблем, особенно производственных. Этот спектр, по-видимому, расширится в 2011 году?

А.Е. Нек: Нет, спектр у нас не расширится, мы жестко работаем по названным двум направлениям. Нужно сформировать критическую массу сотрудников, чтобы можно было брать другие направления.

С.А. Степанов: Я правильно понимаю, что у вас две категории сотрудников. Одни способны разработать проекты заказам. Другие могут наставлять, вести, помогать самоопределяться, помогать выбирать образовательный ресурс, строить индивидуальную образовательную траекторию, помогать преодолевать кризисы и выходить на защиту. То есть у Вас в организации проектная плюс тьюторская технологии?

А.Е. Нек: Да! Это так.

И.Е. Терехов: Уже кто-нибудь трудоустроился из выпускников?

А.Е. Нек: Ребята пришли на нашу площадку со 2-го курса. Они пока подрастают.

Л.А. Осьмук: В докладе говорилось о нашей кафедре и наших ребятах. Хочу добавить, что для нас практическая сторона образования является основополагающей. Своих студентов мы, прежде всего, ориентируем на практику подготовки социальных проектов. И в дипломных работах обычно защищаются реальные социальные проекты. У нас есть договоры с учреждениями, и мы согласуем с ними тематику таких проектов. Причем разработанные социальные проекты не просто остаются на бумаге. Они, как правило, внедряются. В крайнем случае, учреждения пытаются внедрить проект. Очень здорово, что есть Артур Евгеньевич! Мы убедились, взаимодействуя с ним, что развиваемые в его организации практикоориентированные технологии эффективны. Там отличная тьюторская техника. Есть люди, которые умеют и готовы вести студентов к поставленной цели. Собственно его организация сама по себе является исключительно важным социальным проектом. Союз с такой организацией мне кажется очень перспективным.

В.А. Селезнев: Мне нравится обсуждаемая тема «Формирование социальных лифтов для талантливой молодежи». В Новосибирске есть ресурс для продвижения талантливой молодежи. Наш город имеет давние научные и технические традиции. После войны здесь было полторы сотни оборонных заводов и только один доктор технических наук да два-три кандидата. Нужно было создавать новейшее вооружение, поднимать электронику. Тогда доктор наук получал примерно как первый секретарь обкома партии. Теперь у нас полторы тысячи докторов и кандидатов, а активно работающих заводов – раз, два и обчелся. Так что поставленная тема, несомненно, актуальна. Город нуждается в талантливых молодых кадрах.

Каковы наши ресурсы? Давайте рассмотрим возможности продвижения активных молодых ребят, которые есть. Могу судить об этом, поскольку обладаю некоторым опытом. Вокруг меня давно уже есть молодежь. Я нахожу ребят из разных школ, довожу их до нужного уровня для поступления в вуз, а затем до магистратуры и аспирантуры. Их уровень таков, что их с удовольствием могут взять в Роскосмос. Мое предложение: если каждый профессор или каждый доцент поставит двух-трех таких специалистов, то мы решим проблему. К сожалению, так работающих  профессоров и доцентов недостаточно.

Если говорить о формирование социального лифта, то мы имеем две его части. Первая часть – этап «школа-вуз». Эта часть отработана у нас хорошо. Школы поставляют в вуз молодежь, считаю, с достаточным потенциалом. И среди этой молодёжи можно выбирать. Есть и вторая часть лифта – выход молодежи в науку, производство, практическую сферу. Тут как раз и есть главная проблема – недостаточная готовность молодых к практической деятельности. И мы не готовим их как надо для работы даже в науке. Здесь мы услышали интересный опыт, с которым выступил Артур Евгеньевич. Но то, что он делает, это должны делать деканы. Деканы должны заботиться не о своих заработках, а о деле. К сожалению, у нас в стране сложилось иная практика. Но не буду критиковать.

Нам нужна хотя бы актуальная тематика для дипломных проектов. Возникает вопрос, как ее получить. Если сегодня предложить действующим руководителям дипломных проектов выдать темы, имеющие практическое приложение, мы получим сотни предложений. У меня, например, есть дипломный проект «Моделирование пожара». Однако можно с высокой вероятностью ожидать, что более 80% тем окажутся неактуальными, потому что преподаватели в своей массе  вузов недостаточно знают практические нужды промышленности и других сфер деятельности в городе. Хотя, думаю, процентов 10-20 из этого списка наберется, чтобы оставить. В принципе, можно создать группу экспертов из представителей различных предприятий (я могу составить аналитическую записку об этом), и с помощью данной экспертной комиссии организовать что-то вроде тендера. В вузах города наберутся сотни толковых специалистов. Тендер мог бы их объединить.

Вместе с тем, нужен и встречный заказ, с которым, мне кажется, должны выйти специалисты мэрии, поскольку в Новосибирске немало различных проблем. Мэрия могла бы стать заказчиком для вузов. Мы тогда будем представлять реальную картину, и под эти заказы будем делать новые дипломные проекты. Мы живем в обществе, в котором есть традиции, есть потенциал, надо только нам объединиться.

А.Е. Нек: Хочу добавить. То, что сейчас было обозначено, безусловно, верно. Вузы замыкаются внутри себя, и заземление на конкретные производственные проекты не происходит. Вчера, например, прошел совет деканов нашего города по направлению IT. Говорилось, что подготовка по этому направлению, дескать, хорошая, все у нас есть, на новый стандарт переходим, и организационно система налажена, а студенты все равно убегают из страны и из города. Предприятия же не хотят взаимодействовать с вузами, потому что им поставляют кадры не той квалификации. И тут возникает вопрос, почему вузы глухи к проблемам и запросам реального производства? Почему они обсуждают эти проблемы внутри себя, а не хотят вступать в диалог с предприятиями? На следующей неделе 14 марта в рамках Сибирских интернет-недель пройдет форум интернет-технологий, там соберутся практики с предприятий, и, судя по программе, они будут обсуждать те же самые проблемы, только почему-то вузов там не будет. В результате производство опять будет вынуждено создавать свои организации, чтобы готовить себе кадры. Прав профессор Селезнев, нужно  очень четко выстраивать взаимодействие между вузами и практикой, избегать замкнутости внутри каждой из этих сфер.

И еще один момент: как показывает практика, традиционная схема обучения в вузе не позволяет студентам подготовиться к жизни в рыночных условиях. Они качественно готовят научные работы, но ребята после этого не готовы создавать свои бизнесы и выходить на реальный рынок, потому что они его не видят. Они понимают тренд развития какой-то узкой области, но как живет рынок, по каким законам, для них непонятно. В результате этого возникает пропасть, в лучшем случае, в 1-2 года вхождения молодого специалиста в рынок.

И.Е. Терехов: То есть, по Вашему мнению, нужна какая-то предварительная работа для вхождения в рынок молодого специалиста.

С.А. Степанов: Нужна специальная работа по ориентации студентов на рынок.

В.А.Селезнев: Дело в том, что эти 1-2 года непросто ликвидировать. Даже если мы найдем резервы, выберем на тендере актуальную тематику, то разрыв может оказаться еще дольше. Мы должны оценить потенциал, который в городе есть, а потом продумать организацию подготовки молодежи к рынку, чтобы эти 1-2 года демпфировать до минимума.

А.Е. Нек: Есть опыт в Германии на заводах «Мерседес», так называемое актуальное образование. Когда эти заводы столкнулись с проблемой, что у них нет квалифицированных кадров, а система образования их не готовит, они создали свою образовательную программу, и договорились с вузами соответствующей земли о том, что, уже начиная со второго курса, студент три дня проводит на производстве, и два дня ему читают курсы, опять же сертифицированные этим производством в вузе. Таким образом, у окончившего вуз специалиста период адаптации минимален, он по существу он включен во время, когда студент учиться.

В.А. Скосырский: Обращаю внимание участников, что мы собрали экспертов, которые успешно занимаются общей и профессиональной подготовкой молодежи, на площадке мэрии, причем в том самом месте, где решаются важнейшие вопросы по управлению одним из самых крупных городов России. Деятельность мэрии нацелена на поддержку социальной сферы и бесперебойную работу городского хозяйства во всем его многообразии. Так что мэрия является одним из самых крупных работодателей в Новосибирске. И, разумеется, для этого нужны весьма квалифицированные кадры. Муниципалитет нуждается и молодых талантливых кадрах. Это следует учитывать при формировании социальных лифтов для молодежи. С другой стороны, нужно, чтобы и талантливая молодёжь понимала, что она в этом замечательном городе может осесть в управленческом звене и решать интереснейшие задачи. Предлагаю в будущей целевой программе специально предусмотреть раздел, предусматривающий направленность лифта в данном направлении. Для этого потребуется с учетом инновационной модернизации городских комплексов, включая ЖКХ, энергетику, транспорт и т.д., системно проработать многие вопросы кадрового обеспечения городского хозяйства Новосибирска, прежде всего какие потребуются специалисты и численность этих специалистов. Тем самым мы сформируем основу для муниципального заказа, о котором здесь говорится.

В.М. Чистяков: Поддерживаю предложение Василия Андреевича. Городское хозяйство может дать темы для многих реальных дипломных проектов наших вузов. Необходимо только изучить и оценить их потенциал, прежде всего технических вузов. Это непростая работа, но ее придется сделать, поскольку тогда появится видение, необходимое для разработки комплексной целевой программы по формированию социальных лифтов для молодежи. Такую программу следует разрабатывать как приложение к Стратегическому плану устойчивого развития города Новосибирска, временной горизонт которой, как известно, 2020 год. Этот статус будущей программы согласован с мэром Владимиром Филипповичем Городецким. Вместе с тем, очевидно, что сегодня при создании этой социальной программы необходимо ориентироваться на жизненный цикл молодого человека и смену поколений. Следовательно, речь должна идти уже о 2030 годе, а возможно и 3035, поскольку принято считать, что период смены поколений составляет 20 лет. Такое рассогласование нетрудно преодолеть, если рассматривать горизонт 2020 года для раздела программы, в котором проектирование лифта начинается со студенческого уровня, то есть прописать механизмы, отрабатываемые Артуром Евгеньевичем, а также ввести раздел с горизонтом до 2030 года и началом цикла в детском саду и первых классов школе по технологиям ЦРО «Умка». Важным элементом при этом должен быть также прогноз развития города за горизонт 2020 года. Сегодня мы уже можем говорить о перспективах до 2030-2035 года. Есть генеральный план. С учетом ориентации производства на высокие технологические уклады, тенденций в научно-образовательной сфере на нашей территории приблизительно понятно и какие отрасли в Новосибирске получат развитие, в какой сфере и какого уровня специалисты потребуются. Разумеется, дополнительно потребуется детализация этих прогнозов. Для решения данной задачи целесообразно привлечь членов Новосибирского отделения Международной академии исследования будущего.

Т.М. Тумаева: В аэрокосмическом лицее задача организовать профессиональный, а, следовательно, социальный лифт для учеников стояла изначально. Поэтому мы четыре года влюбляем ребят в авиацию. Приходят они к нам не потому, что любят авиацию или космонавтику, приходят за образованием, так как у нас на высоком уровне изучаются физика и математика. Мы влюбляем их, влюбляем в эти конструкции самолетов и ракет. Они ездят с нами в Байконур, авиасалон МАКС в город Жуковский, бывают в СибНИА им. Чаплыгина, занимаются авиамодельным спортом, и тем, и другим. В итоге, сдав экзамены за одиннадцатый класс, идут на факультет летательных аппаратов НГТУ, пусть это десять человек. Заканчивают этот факультет. И где они? Один сегодня работает на авиацию в Красноярске, другой – в Китае, Третий стал предпринимателем. Очень много делается, чтобы они полюбили эту отрасль, и такой плачевный результат. Сегодня, например, на факультете летательных аппаратов учится талантливейший юноша, которого, конечно же, нужно взять в авиационную промышленность и пестовать дальше. Он и городу даст, и стране очень много.

И.Е. Терехов: Завод его не берет?

Т.М. Тумаева: У завода как-то нет интереса к перспективным кадрам. У нас, например, очень хорошо развит авиамодельный спорт, работает мастер международного класса. Мы обратились в НАПО имени Чкалова с просьбой помочь обустроить нам мастерские, нам отказали под предлогом, что заместителю генерального директора по кадрам господину Остроушенко не понятно «чем там аэрокосмический лицей занимается». Мы говорим, а Вы приезжайте, посмотрите. Увы.

В НГТУ была хорошая практика: на некоторые специальности был целевой прием. На факультет летательных аппаратов, несмотря на то, что у нас такой куст авиационных предприятий, целевиков нет. А было бы полезно его иметь. Со своей стороны мы готовы ежегодно давать три-четыре талантливых своих выпускника, которых можно было сопровождать персонально. Нужно выстраивать такую систему персонального сопровождения.

И.Е. Терехов: Мне как руководителю комитета не нравится эти факты. Из года в год последние пятнадцать лет ведутся различные социологические исследования, у нас 27 % студентов собираются идти по выбранной специальности. Почему они не попадают на производство? Получается, что в вузах им дается не специальность, а общее высшее образование. Наверное, в этом проблема. И мне важно уяснить, сможем ли мы от детского сада, от «Умки» выводить ребятишек на ту специальность, где они смогут самореализоваться.

Г.А. Шихваргер: Многие проблемы выбора молодежью профессии возникают потому, что высшие учебные заведения хотят получить хорошего абитуриента, не вкладывая усилия и определенные средства, причем необязательно материальные, в профориентационную работу со школьниками. Аналогичная ситуация и с молодыми специалистами, как видно из выступления Татьяны Мироновны. Без объединения усилий школы, дополнительного образования, вуза, предприятий и бизнеса в системе профориентационной работы для учащихся 9-11 классов решения этих проблем не добиться. Квалифицированный классный руководитель или педагог дополнительного образования обычно видят вектор интересов учеников, направленный в технику ли, экономику или гуманитарную область. Это позволяет наладить связи с вузом, заинтересованным в подготовленных абитуриентах и, разделив учащихся на группы по факультетам, сопровождать эти группы или отдельных способных учеников до выпуска из 11 класса. Полезны и экскурсии учащихся 9-го класса в различные вузы.

Для технического направления школам целесообразно разрабатывать совместные с вузом проекты. За основу можно взять рекомендации программ по образовательной области «Технология». Руководителями проектов могут выступить закрепленные за учащимися студенты, преподаватели вузов, педагоги дополнительного образования, сотрудники предприятий. В 11 классе учащиеся, определившие свои склонности и получившие консультации у специалистов о будущем виде деятельности и закрепленные за соответствующими факультетами, могут допускаться к посещению некоторых лекций и выполнению простых лабораторных работ. Выпускникам школ, создавшим технические проекты, которые получили одобрение специалистов и преподавателей, для поступления и учебы в вузах могут создаваться льготные условия.

Большой эффект дают встречи и чтение лекций в школах ученых вузов, практиков с предприятий. Желательно также ежегодно совместно с органами образования и учреждениях дополнительного образования проводить в вузах выставки проектов учащихся, а летом организовывать профильные загородные смены. Финансирование летних школ возможно за счет муниципального бюджета. Опыт организации профильных школ есть и в Новосибирске. Такие летние школы можно организовывать при вузах, подобно летним площадкам при школах.

Н.А. Андреева: Я руководитель Городского центра проектного творчества, инфраструктуры, которая создана в городе и которая и предполагает решать вопрос подготовки инновационных кадров и решать вопросы взаимодействия с вузами, предприятиями, студентами, семьями. Мы работаем уже 3-й год и сейчас у нас есть ряд механизмов. Наш опыт взаимодействия сформировал больше вопросов, чем ответов.

Что я понимаю про социальные лифты? Социальный лифт, когда он простроен, если я отвечаю на вопрос себе: «Я хочу – я смогу». Ситуация в том, для меня: чем более я социализирована, встроена во всевозможные контексты, тем я больше не могу. Чем более я свободна как человек, творческий человек, и организую под себя среду как независимый человек, тем больше я могу. Это первое мое понимание.

Я встречалась с рядом инноваторов, это очень известные люди, и я хочу сказать, что чем они старше, тем апатия и уныние относительно реализации своего потенциала нарастает. Это значит, действительно, никаких социальных лифтов и в помине нет.

Я просто хочу задать другой разворот: мне кажется, что здесь ситуация гораздо сложнее, потому что идет антропологический кризис. И здесь вопрос не решишь просто встречей производственников и вузов. Или студентов и производства.

Я не говорю, что за эту проблему браться не надо, конечно, надо браться. Есть опыт, например, в Москве, в 1992 году был создан фонд «Социальные лифты». Это было поддержано и Путиным, и Немцовым, и торгово-промышленной палатой. Вчера я созвонилась с человеком, который это создал, и поинтересовалась, каково состояние дела. В Москве это не реализовано. И очень много противоречий возникает на моменте реализации. Поэтому, он выразил свою надежду, что эта программа может быть востребована в регионах.

Именно потому, что сейчас мне так неудовлетворительно, поэтому я и берусь за это решение этой проблемы. Что я вижу, что нужно делать. Нужно изучить ресурс. У каждого свой ресурс. У кого-то механизм отработан организационный, у кого-то механизмы взвешивания и коммуникативный. Есть профессорско-преподавательский состав, у них есть темы и способы коммуникаций. У нас есть технология интерактивного моделирования. Есть экспертная позиция, когда много разных проектов, разных начинаний, вот и Василий Андреевич подтвердит, через нас прошло. Вы видите, какие начинание жизнеспособны, какие нет. Изучение ресурса – это одна тема. Сейчас вот некоторая демонстрация ресурса.

Необходимо моделирование как способ работы с материалом. Разрывы все понятны, они видны нам. А в чем существо разрыва? В чем не совпадает запрос предприятия и вуза? Где? Какое основание этих разрывов? Это нужно изучать. Это предмет моделирования. Я приглашаю вас в этот процесс, потому что у нас есть технология моделирования. Онтологию нужно выстраивать. Я говорю про интерактивное моделирование, когда мы строим онтологию. Что есть инновационный мегаполис? Как будет представлен рынок в этом мегаполисе? Что из себя представляет экономика инновационного мегаполиса? Представление о рынке. У нас его нет. У нас нет навигационной карты состояния рынка наших отраслей. У нас есть определенные тренды. Есть легкая промышленность, которая другую совершенно историю сейчас имеет. Есть строительная отрасль. И если мы говорим про целевую программу городскую, это не решение проблемы для студентов, это решение серьезных проблем экономики города, рынка города, производства города, социального состояния благополучия человеческого многих людей разных поколений, не только молодежи.

У нас нет представления об инновационном производстве, его нужно померить. Эта задача была поставлена перед НГТУ, и она была не решена. Потому что инструментария нет. Его разрабатывать надо.

У нас нет понимания о молодежи, потенциале студентов. Компетенции. Что сейчас на самом деле компетенции? Это профессиональные компетенции как специалиста или надпрофессиональные? Кто их формирует? В каких условиях?

Л.А. Осьмук: Про компетенции я могу все рассказать.

Н.А. Андреева: Я уже занимаюсь этим много лет. Вчера мы работали с лучшими студентами, которых отобрали деканаты. Они не могут различить частного и общего. На уровне модели не могут различить. Это брак! Это не управленцы! Человек, который не имеет представления о частном и общем, центре и периферии, как модели работают, о системе в системе, не может понять этих вещей – это не управленцы. Это исполнители, в хорошем смысле слова, задач, которые перед ними ставит кто-то. А кто ставит задачи? Производственники не могут сформулировать задачи. Поэтому здесь вопросов больше, чем ответов.

И я, конечно же, приглашаю вас. Мы сейчас строим модель Института развития молодежи, в котором будут аккумулированы ресурсы, лучше, где что-то отработано, и также лаборатории междисциплинарной, потому что междисциплинарные проекты сейчас очень современны. Вот в чем мы готовы делиться пониманием и приглашать к сотрудничеству. Поэтому, Артур, мне ваш опыт очень интересен.

А.А. Ерешко: Я выступаю и как предприниматель, и как отец детей, которые учатся в Умке. Поэтому у меня несколько точек зрения, попробую их свести в одну. На самом деле, мы подняли такой пласт проблем, который решить на одном совещании не получится. Проблемы с кадрами у всех: у города, у предприятий, у институтов, в высших учебных заведениях с преподавателями. А откуда люди? Люди все из детства. Из садика – в школы, из школы – в вузы и т.д. От взросления никуда не деться! И мы действительно можем в каком-то смысле помогать этой траве расти, какими-то усилиями вытягивать их, помогать этот мир осваивать с начала, понимать, как он устроен, помогать детям с выбором или хотя бы подводить к этому выбору.

Почему мои дети учатся в Умке? Я приглядывался первое время, пока там была дочь. Вначале она там училась, теперь еще двое там учатся. Я понял, что там преподавательский коллектив, и само устроение, и программы нацелены на то, чтобы учить детей думать. И я считаю, что это важнейшее, что мы можем в школе сделать, это научить думать. Научить учиться. Любой предмет можно освоить, если уметь учиться. Мне кажется, это основное, чему нужно учить детей на школьной скамье. Примером может быть погружение, когда детям дают возможность сделать открытие самим. Такого рода программы, мне кажется, должны помочь.

С.В. Гольцер: Здесь Надежда Андреевна говорила что-то об «антропологической катастрофе». Она не страшна, если работать в нужном направлении. Мне кажется, что основное наше спасение в том, что родители начали активно вникать в образовательные процессы. И поскольку в Новосибирске формируется общественно-родительский заказ на образование, постольку существует надежда на то, что, во-первых, межпоколенческие разрывы родителей и детей будут не такими катастрофическими, во-вторых, родители будут понимать, чего они хотят от школы и чего они хотят от вузов мы сможем решить поставленную задачу о формировании, по крайней мере, на первом этапе социальных лифтов. И прежде всего потому, что наши родители старшеклассников готовы делать заказ на своего ребенка и вузу. Сейчас у нас несколько родителей очень активно внедряются в структуру НГУ, ровно для того, чтобы простраивать жизнь своих детей через НГУ в технопарке Академгородка. Предлагаемые здесь пробросы, которые делаются, из Умки в городскую структуру, мне кажется, тоже очень хорошая модель. Ее можно осваивать также через воспитание активной родительской позиции. Представляете, Умка это такая безумная школа, которая зовет родителей к активной позиции и воспитывает и в себе, и родителях, в детях активную позицию. Следовательно, прав Сергей Анатольевич Степанов, который  говорил, не в экономике дело, а дело в том, как устроена голова человека, чтобы он мог остаться на том месте, где вырос. Дети воспитываются, видя активную гражданскую позицию своих родителей в школе, они вырабатывают в своей душе такие же нравственные ценности. Образование и воспитание происходит только через восприятие социокультурный образцов. У двухсот человек в Новосибирске есть образец активного вмешательства родителей в жизнь города, вмешательства конструктивного, позитивного, доброго. Я знаю, что и в Сигме сейчас рождается активная родительская позиция, там ребята по-настоящему думают, чтобы собирать вокруг себя родителей. В конце концов, защита города в будущем от разрушительных тенденций в руках граждан города. И мне кажется, это очень важно. Если родительские сообщества, тьюторская модель образования, межвозрастное взаимодействие будут поддерживаться с детского сада, я настаиваю на этом, если синзетивный период, который приходится на 5-6 лет, пропущен или сделан неграмотно, то дальше все будет очень плохо. Мне кажется, повторю, это очень важным. Модель механизма есть – ее нужно поддержать.

И.Е. Терехов: Меня как управленца интересует очень простой вопрос, сможем ли мы создать какую-то модель, пусть даже общетеоретическую, в которой будет тиражироваться опыт, о котором здесь говорилась, то есть сможем ли мы сделать его массовым. Сделать структуру, которая дала бы понимание управленцу: во что вкладывать ресурсы, в том числе и материальные, и что получится на выходе.

Мне не все ясно даже с тем же Городским центром проектного творчества, который я курирую. Надо понять, где и в чем результат их работы. Я вижу, что ребятишки меняются, содержание проектов меняется, но нужны какие-то практические выходы. Я должен прийти к руководителю отрасли с каким-то документом, где прописаны цель, задачи, куда и как мы идем и каков результат.

То же нужно сделать и в программе по социальным лифтам. Выбрать приоритеты, зацепиться за главное, может, какое-то отдельное звено вычленить, либо во все панораме посмотреть, либо вглубь пойти. Словом, нужно выйти на конкретный документ, который был бы понятен и ясен, а главное, чтобы в нем прочитывался результат затраченных усилий и средств. Спасибо за участие.

Версия для печати
Мне понравилась эта статья! Мне понравилось!
(всего - 15)
Комментировать Комментировать
(всего - )
? Задать вопрос ведущему рубрики
(всего - 0)
Остальные публикации раздела / Все статьи раздела