Интерактивное образование Герб Новосибирска
Тема номера: «Экологическое образование: проблемы, идеи, инновации»
Выпуск №50 Декабрь 2013 | Статей в выпуске: 165


Ведущий рубрики
Все статьи автора(17) Алексей Викторович Малыгин,

учитель математики НОУ Православная Гимназия во имя преподобного Сергия Радонежского г. Новосибирска,

победитель областного конкурса «Учитель Года – 2010»

Нравственные уроки картины Михаила Нестерова «Видение отроку Варфоломею»

Поводом для написания данной статьи стало следующее событие. 14 сентября 2011 года президент Российской Федерации Дмитрий Анатольевич Медведев подписал Указ № 1197 «О праздновании 700-летия со дня рождения преподобного Сергия Радонежского». Значит, жизнь и подвиги преподобного Сергия имеют большое значение не только для Древней Руси, но и для современной России. Этим указом Президент подчеркнул значимость преподобного Сергия Радонежского для современной России.

Мы стоим на пороге 2014 года, в котором, согласно указу Президента РФ, необходимо провести праздничные мероприятия, посвященные 700-летию со дня рождения преподобного Сергия Радонежского.

Обратимся, собственно, к теме настоящей статьи.

В Третьяковской галерее мы можем увидеть прекрасное полотно «Видение отроку Варфоломею», написанное в 1889-1890 годах великим русским художником Михаилом Васильевичем Нестеровым. Российские школьники начинают знакомство с жизнью преподобного Сергия со знакомства с этой картиной.

«Видение…» – одна из многих работ Нестерова на религиозную тему, и первая из трех крупных полотен, посвященных преподобному Сергию Радонежскому.

Нестеров М. Юность Преподобного Сергия

Нестеров М. Преподобный Сергий Радонежский

Нестеров М. Труды Преподобного Сергия (триптих)

 

Житийные основы сюжета картины

На картине Нестерова «Видение отроку Варфоломею» мы видим, как мальчик Варфоломей – будущий преподобный Сергий Радонежский и будущий основатель Троице-Сергиевой Лавры – обращается к некому монаху-схимнику. Содержание этого разговора нам известно из Жития преподобного Сергия, составленного его учеником и монахом его Лавры преподобным Епифанием Премудрым. Обратимся к соответствующему повествованию «Жития…».

Отроку Варфоломею не давалась грамота, хотя он очень любил читать, и он втайне часто молился Богу, чтобы тот наставил и вразумил его. Одноклассники над ним смеялись, учителя часто наказывали мальчика, но никто не мог ему помочь в учебе.

Сергий Радонежский в школе. Миниатюра из лицевого

«Жития преподобного Сергия Радонежского». XVI в.

Однажды отец послал его искать пропавших жеребят. Под дубом на поле отрок увидел святого старца, «светолепна и ангеловидна», прилежно творившего молитву. Старец взглянул на Варфоломея и спросил его: «Да что ищеши, или что хощещи, чадо?» Отрок отвечал: «Возлюби душа моя паче всего учитися грамоту сию, еже и вдан бых учитися, и ныне зело прискорбна есть душа моя, понеже учуся грамоте и не умею». Он просил святого отца помолиться за него Богу, чтоб он «умел грамоту». Старец, «сотворя молитву прилежну», достал из карманной «сокровищницы» частицу просфоры и подал ее отроку со словами: «Прими сие и снешь, се тебе дается знамение благодати Божия и разума Святого Писания». А когда отрок съел просфору, старец сказал ему: «О грамоте, чадо, не скорби: отсего дне дарует ти Господь грамоте умети зело добре».

Встреча отрока со схимником-ангелом также отражена и в иконописной традиции – как правило, эта встреча изображается на одной из клейм так называемых икон с житием (или в житии).

Следует отметить, что мы не знаем, какой именно момент разговора отрока со схимником изображен на картине Нестерова: может быть, отрок еще не сформулировал просьбу; а может быть, он ждет, пока схимник благословит его просфорой. Поскольку художник не оставил нам намек на то, какой именно момент разговора изображен, значит, для понимания идеи картины это не важно.

Также необходимо сказать несколько слов и о названии картины, а именно, о слове видение. В современном словоупотреблении «видение» может означать галлюцинацию, призрак, иллюзию. В церковно-славянском же словоупотреблении слово видение означает вИдение другого мира, откровение высшей духовной реальности. Названием этой картины Нестеров хотел подчеркнуть Божественное присутствие в изображаемом событии.

Появившись, это полотно сразу вызвало множество бурных и противоречивых откликов зрителей, критиков, коллег-художников, журналистов, публицистов, общественных деятелей. Кто-то считал картину великой, гениальной, новаторской. Кто-то считал, что такому «искусству» не место в искусстве из-за ее религиозного подтекста.

Нужно сказать, что эта картина до сих пор вызывает интерес у зрителей и исследователей; причем, до сих пор эта картина получает самые противоречивые оценки. Неугасающий интерес и противоречивость оценок вызваны, во-первых, тем, что картина действительно гениальна и оригинальна; во-вторых, противоречивостью религиозной ситуации в России XIX-XX-XXI веков.

«Ужас сверхъестественного»

Противоречивость религиозной ситуации в России конца XIX века заключалось в следующем. С одной стороны, официально Россия оставалась православным государством. С другой стороны, в обществе нарастали тенденции, приведшие, в конце концов, к тому, что атеизм и богоборчество стали новой государственной религией.

В начале ХХI века, с одной стороны, официально Россия является светским государством, или, как можно сейчас говорить, толерантным к вопросам религии. С другой стороны, атеизм и богоборчество существуют как в скрытом, так и в явном видах.

Как в XIX, так и XX и в XXI веках картина Нестерова получает самые противоречивые отклики, потому что затрагивает вопрос, который очень волнует многих людей, и который люди решают по-разному: «Есть ли Бог?». Не следует недооценивать значимость этого вопроса даже для людей, желающих дать чисто искусствоведческую оценку картины Нестерова.

Приведем несколько отрывков из исследований искусствоведов.

М.П.Соловьев в своей статье «Русское искусство в 1889 году» писал: «Манера Нестерова вполне оригинальна. В ней нет подражания ни прерафаэлитам, ни романтикам, ни г. Васнецову. Он не подновляет и наших старых иконописцев. Тем не менее картина его проникнута национальным, русским духом... Молодой московский художник вдохновляется иными идеями, коренящимися в глубине народного религиозного чувства»[1].

«Чарующий ужас сверхъестественного, – писал Александр Бенуа, – редко был передан в живописи с такой простотой и убедительностью. Есть что-то очень тонко угаданное, очень верно найденное в фигуре чернеца, точно в усталости прислонившегося к дереву и совершенно закрывшегося своей мрачной схимой. Но самое чудное в этой картине – пейзаж, донельзя простой, серый, даже тусклый и все-таки торжественно-праздничный. Кажется, точно воздух заволочен густым воскресным благовестом, точно над этой долиной струится дивное пасхальное пение» [2].

«Картина Нестерова “Видение отроку Варфоломею” была новым явлением в русском искусстве. Сверхъестественный сюжет, соединение в картине реального (природы и человека) с видением (фигура старца с чудесным сиянием вокруг головы), повышенная, почти идеальная в своей сверхъестественности эмоциональная характеристика героя, слитность его настроения с настроением, царящим в окружающей природе, окрашенной золотым сиянием осени, – всё это были новые моменты в живописи передвижников. Новизна картины во многом заключена не только в изображении природы. Перед Нестеровым стояла этическая проблема – показать душевную чистоту мальчика, показать идеал чистой, возвышенной, гармоничной жизни, связанной с представлениями о духовных идеалах русского народа»[3].

Появившись, картина Нестерова также получила много отрицательных отзывов. «Критик того времени Дедлов писал тогда: «Картина была иконою, на ней было изображено видение, да еще с сиянием вокруг головы, − общее мнение забраковало картину за ее "ненатуральность".

Г.Г. Мясоедов на открывшейся выставке отвел М.В. Нестерова в сторону и всячески пытался убедить, чтобы тот закрасил этот золотой венчик: "Поймите, ведь это же абсурд, бессмыслица, даже с точки зрения простой перспективы. Допустим на минуту, что вокруг головы святого сияет золотой круг. Но ведь вы видите его вокруг лица, повернутого к вам en face? Как же можете вы видеть таким же кругом, когда это лицо повернется к вам в профиль? Венчик тогда тоже будет виден в профиль, то есть в виде вертикальной золотой линии, пересекающей лицо. А вы рисуете его вокруг профиля таким же кругом, как вокруг лица".

М.В. Нестерову трудно было ответить на это»[4].

Нестерову трудно было отвечать на отрицательную критику, потому что она, в основном, затрагивала совсем не те идеи, которые Михаил Васильевич хотел донести до зрителя.

«…не имеете, потому что не просите. Просите и не получаете, потому что просите не на добро» (Иак. 4: 2,3)

Каков же был главный замысел картины? Что хотел изобразить художник?

На картине удивительно сильно переданы недетская печаль маленького мальчика и его молитвенное настроение. При этом Варфоломей не удивлён появлением старца, он точно ждал его и теперь, полный надежды, погружён в созерцание. Не только его худенькая фигурка и восторженно устремленные на схимника глаза были полны молитвы; как будто бы молится и весь пейзаж, преображенный рукой мастера в стройную гармонию красок.

Картина раскрывает самые глубокие, интимные тайники души мальчика; не столько тоску и думу изображает она, сколько предвкушаемую радость сбывшейся мечты. Поражает та серьезность, которая отражена на детском лице. Мальчик послушен; он выполняет поручение отца и ищет пропавший скот. Однако, встретив человека Божия, и услышав вопрос «что ищеши, или что хощещи, чадо?», Варфоломей не сказал, что ищет заблудившихся жеребят. Отрок отвечал: «Возлюби душа моя паче всего грамоту…, и ныне зело прискорбна есть душа моя, понеже учуся грамоте и не умею».

И как знать, не потому ли Варфоломею была дарована грамотность, что искал он именно ее и использовал на добро, на служение людям?

 

Окно в высший мир

В душе каждого человека живут «те самые» вопросы: «Есть ли Бог?», «В чем смысл жизни?», «Для чего я живу?», «Как нужно жить?». Своей картиной Нестеров учит зрителя предельно серьезно относиться к этим вопросам – будь ты стар или мал.

Своим полотном Нестеров утверждает реальность чуда, возможность и естественность этого чуда. На окраине маленького городка приоткрылось окно в высший мир. И сверхъестественное оказалось не противоестественным.

Каждого из нас Нестеров лицом к лицу ставит перед фактом высшей реальности. Чем является для нас этот «ужас сверхъестественного»: священный трепет или «ненатуральность»? Третьего не дано.

Если же нам приоткроется высшая реальность, о чем мы попросим? О мелких житейских нуждах или о чем-нибудь высоком и достойном?

Нужно помнить, что чудо произошло с отроком Варфоломеем потому, что он был этого достоин.

 

Список литературы

1. Воронихина Л., Михайлова Т. М. Нестеров. «Видение отроку Варфоломею» (1889-1890). Описание одной картины // Литературно-художественный альманах, №2 (апрель-июнь), 2013.

2. Ионина Н.А. Сто великих картин / Н.А Ионина. – М.: Вече, 2002.

3. Никонова И.Н. Михаил Васильевич Нестеров / И.Н. Никонова. – М., 1984. – 223 с. ил. – (Жизнь в искусстве).

 


[1] Цит. по Никонова И.Н. Михаил Васильевич Нестеров / И.Н. Никонова. – М., 1984. – 223 с. ил. – (Жизнь в искусстве).

[2] Цит. по Ионина Н.А. Сто великих картин / Н.А Ионина. – М.: Вече, 2002.

[3] Воронихина Л., Михайлова Т. М. Нестеров. «Видение отроку Варфоломею» (1889-1890). Описание одной картины // Литературно-художественный альманах, №2 (апрель-июнь), 2013.

[4] Цит. по Ионина Н.А. Сто великих картин / Н.А Ионина. – М.: Вече, 2002. 

 

Версия для печати
Мне понравилась эта статья! Мне понравилось!
(всего - 54)
Комментировать Комментировать
(всего - )
? Задать вопрос ведущему рубрики
(всего - 0)
Остальные публикации раздела / Все статьи раздела
1. Духовно-нравственное развитие на уроках права в 5-6 классах
2. Нравственные уроки картины Михаила Нестерова «Видение отроку Варфоломею»